Всё больше сигналов, что народ как-то подзабыл события годичной давности. В ленте мелькнуло уже несколько постов на тему мартовских переговоров в Стамбуле. Мол, ганьба, готовили зраду, чудом спаслись.
Будь ласка, читайте текст після реклами
Избирательная память и мигающая работа мозга – это очень характерно для многих комнатных экспертов. Поэтому стоить напомнить.
У переговоров всегда есть цель. Часто это – достижение договорённостей. Не менее часто сам процесс ведения переговоров является самодостаточной целью, потому что решается другая задача (например, россияне как раз очень хотят переговоров ради переговоров).
Будь ласка, читайте текст після реклами
В прошлом марте у всех, кто видел более-менее общую картину, было чёткое понимание, что ресурсы украинской армии закончатся через 1,5-2-месяца. Тогда Минобороны двигалось двумя параллельными треками. Во-первых, покупало всё оружие и боеприпасы, до которых могло дотянуться. Во-вторых, убеждало в необходимости поставок тяжелого оружия западного образца. Тогда никто не горел желанием его передавать (да и получать не все хотели).
21/22 марта был визит министра обороны Алексея Резникова в Лондон, где произошёл важный сдвиг – британский министр обороны Бен Воллес поддержал идею с западным оружием. Это была стадия намерений, которые по живому облекались в решения.
26 марта в Варшаве состоялась встреча Резникова и Кулебы с американскими визави – Остином и Блинкеном. К диалогу присоединился президент США Джо Байден. Тогда он озвучил 4 принципа, на которых США строили коммуникацию с партнёрами для оказания помощи Украине (из этих принципов вырос формат «Рамштайн»). Это тоже была стадия намерений, которые облекались в решения.
29 марта состоялась встреча в Стамбуле.
Будь ласка, читайте текст після реклами
31 марта в Лондоне (через 10 дней после общения Воллеса с Резниковым) состоялась донорская конференция под эгидой Британии – это был первый конкретный механизм поддержки нашей армии в условиях войны. Тогда впервые прозвучали заявления «об артиллерии большей дальности, средствах береговой обороны» и т.д.
В начале апреля мир узнал о трагедии в Буче, Бородянке, Ирпене. Что ускорило принятие решений по трекам, которые были запущены к тому моменту.
Как следствие – уже 7 апреля Лавров заверещал, что Украина вероломно от чего-то там отказалась. Хотя никаких обязательств не было – был диалог. Потом была истерика на тему «красных линий», «эскалации» и т.д. Но поезд уже ушёл.
26 апреля состоялась первая встреча в Рамштайне. Потом был жуткий месяц май. Но процесс уже катился – из ресурсного тупика удалось выскочить.
В марте 2022 года нужно было как можно больше переговоров с россиянами. Можно было обсуждать документы, играть в нарды или в лапту – не имеет значения. Главное – чтобы двигалось по ключевому направлению.
Будь ласка, читайте текст після реклами
Когда возникает соблазн что-то категорично заклеймить, вспоминайте, как в июле прошлого года мы мощно готовились наступать на юге. Мы честно об этом говорили в западных СМИ. Россияне перебросили на юг лучшие войска. А потом планы чуть поменялись. На войне так бывает.
